История советских карательных органов

Большой террор
Автор
Сообщение
Аватара пользователя
smersh70
пулеметчик
Сообщения: 98396
Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19

Благодарил (а): 4869 раз
Поблагодарили: 5990 раз

Re: История советских карательных органов

#21 Сообщение smersh70 » 24 июл 2015, 12:10

Видные сотрудники ОГПУ-НКВД в лицах, или игра "найди русского" :D
Изображение
ИзображениеИзображение
ИзображениеИзображениеИзображение
Изображение
Изображение

Аватара пользователя
smersh70
пулеметчик
Сообщения: 98396
Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19

Благодарил (а): 4869 раз
Поблагодарили: 5990 раз

Re: История советских карательных органов

#22 Сообщение smersh70 » 30 июл 2015, 02:58


Аватара пользователя
smersh70
пулеметчик
Сообщения: 98396
Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19

Благодарил (а): 4869 раз
Поблагодарили: 5990 раз

Re: История советских карательных органов

#23 Сообщение smersh70 » 02 окт 2015, 23:36

:D пипец.....
https://youtu.be/dqe30iGxbR8
https://youtu.be/dqe30iGxbR8" onclick="window.open(this.href);return false;

Аватара пользователя
smersh70
пулеметчик
Сообщения: 98396
Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19

Благодарил (а): 4869 раз
Поблагодарили: 5990 раз

Re: История советских карательных органов

#24 Сообщение smersh70 » 10 дек 2015, 02:14

Изображение
Командир Красной Армии перед расстрелом. Фото сделано в августе-сентябре 1941 г. в полосе немецкой группы армий «Юг» (Украина). В материалах к фото («Operation Barbarossa» G. Bernage) утверждается, что это «офицер ОГПУ».
Изображение

Аватара пользователя
smersh70
пулеметчик
Сообщения: 98396
Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19

Благодарил (а): 4869 раз
Поблагодарили: 5990 раз

Re: История советских карательных органов

#25 Сообщение smersh70 » 20 янв 2016, 02:50

Межведомственная комиссия по защите государственной тайны отказалась рассекречивать архивы органов госбезопасности СССР за период с 1917 по 1991 год.

В комиссии заявили, что сведения о работе чекистов "сохраняют актуальность", а их публикация может нанести ущерб безопасности России. В комиссию обратились юристы НКО "Команда 29", после того как их петиция "За свободный доступ к архивам ВЧК-НКВД-КГБ" на сайте change.org собрала свыше 50 тысяч подписей. К настоящему времени число подписавших петицию возросло до 60 тысяч.

В комиссии подчеркнули, что в архивах больше нет секретных сведений о репрессиях. Эти документы были рассекречены ранее. "Заключение не содержит ссылок на материалы, касающиеся массовых репрессий, подлежащие рассекречиванию в соответствии с указом президента от 23 июня 1992 года, - говорится в ответе комиссии. - Возможные попытки использовать заключение для сокрытия информации, относящейся к репрессивной политике советского государства, могут быть обжалованы в установленном порядке".
Изображение
"Чудеса свершаются редко, но мы надеялись, что раз петиция набрала 60 тысяч подписей, то ответ будет не такой скупой, а в комиссии проведут анализ засекреченных документов, - сказала член "Команды 29" Дарья Сухих. - Планируем оспаривать решение в суде. Ведь для того, чтобы продлить срок засекречивания документов, комиссия должна руководствоваться лишь исключительными обстоятельствами".

"Команда 29" создала петицию после того, как в марте 2014 года комиссия по защите гостайны решила продлить срок засекречивания еще на 30 лет - до 2044 года. Как отмечалось в петиции, принятый комиссией список категорий секретной информации "дает возможность продлить срок секретности практически любого документа, созданного между 1917 и 1991 годами".

В январе 2013 года Конституционный суд принял решение, которое должно обеспечить доступ граждан к большинству общественно значимых документов, получивших гриф секретности более 30 лет назад. По закону "О государственной тайне" устанавливается 30-летний срок засекречивания, более длительный срок возможен лишь в исключительных случаях. КС в своем решении подтвердил, что "30-летний срок засекречивания подлежит применению в отношении сведений, отнесенных к государственной тайне как до, так и после вступления в силу данного Закона".

Ранее ФСБ и Верховный суд считали эту норму недействующей до 2023 года, ссылаясь на то, что закон вступил в силу 21 сентября 1993 года. Фактически это означало, что норма о массовом рассекречивании потерявших актуальность тайн начнет применяться на практике не раньше 2023 года, а для документов СССР и первых трех лет постсоветской России предельный срок засекречивания вообще отсутствует. Такой подход делает недоступным для исследователей подавляющее количество архивных материалов советского периода.

Аватара пользователя
smersh70
пулеметчик
Сообщения: 98396
Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19

Благодарил (а): 4869 раз
Поблагодарили: 5990 раз

Re: История советских карательных органов

#26 Сообщение smersh70 » 27 июн 2016, 03:43

Июнь 1941-го. БССР. Эвакуация тюрем
Изображение
С датой 22 июня связано не только нападение Германии на СССР, но и еще одно не менее кровавое событие нашей истории. Речь идет о бесчеловечной и жестокой эвакуации заключенных тюрем, находящихся в западных областях советской Беларуси. Это «внеплановое» для Народного Комиссариата Внутренних Дел СССР мероприятие обернулось страшной трагедией для многих тысяч людей.

К началу Великой Отечественной войны в Советском Союзе была создана достаточно разветвленная тюремно-лагерная система, которая управлялась Тюремным управлением НКВД СССР. Еще в 1934 году Постановлением СНК в подчинение НКВД СССР были переданы все тюрьмы (называемые тогда изоляторами), находящиеся в союзных республиках. Для управления местами заключения в составе ГУЛАГ НКВД СССР был организован Отдел мест заключения ГУЛАГа, а на местах - ОМЗ НКВД/УНКВД.

В 1936 году на базе Тюремного отдела НКВД СССР создается Тюремный отдел ГУГБ НКВД, которому присваивают название «10-й отдел ГУГБ НКВД СССР». Через два года статус этой структурной единицы повышается до уровня Тюремного отдела НКВД СССР (ТО НКВД СССР). В 1938 г. приказом Народного комиссара внутренних дел № 00641 на базе Тюремного отдела и Отдела мест заключения ГУЛАГ было организовано Главное тюремное управление (ГТУ) НКВД, сконцентрировавшее управление всеми тюремными учреждениями страны.

В феврале 1941-го в связи с разделением НКВД СССР на два наркомата – НКВД СССР и НКГБ СССР – часть тюрем была передана в ведение НКГБ, где руководство ими было возложено на 2-й отдел (начальник – майор ГБ Л.Ф. Баштаков). А в НКВД, в свою очередь, было создано Тюремное управление, во главе которого встал капитан ГБ М.И. Никольский.

Такое положение вещей продолжалось до нападения Германии на Советский Союз, когда НКВД и НКГБ вновь были объединены в единый наркомат – НКВД, а руководство тюрьмами было вновь сосредоточено в Тюремном управлении НКВД (за исключением пересыльных тюрем, подчиненных ГУЛАГу).Накануне войны на территории БССР находилось 24 исправительно-трудовые колонии, из которых 3 были сельскохозяйственные, 7 - промышленные, остальные – особого строительства. На 1 января 1941 года численность заключенных в исправительно-трудовых учреждениях, подведомственных управлению исправительно-трудовых колоний НКВД БССР составляла 8544 человека.

Эти колонии предназначались для содержания осужденных за уголовные преступления на срок лишения свободы до трех лет. Лица, осужденные за «антисоветскую деятельность», «контрреволюционные преступления», особо опасные преступники в основном направлялись для отбывания наказания в лагеря ГУЛАГа за пределы республики.

Кроме этого в БССР было 33 следственные и срочные тюрьмы с лимитом наполнения 16 945 мест, в которых к 10 июня 1941 года содержалось 26 237 заключенных. Они предназначались для содержания подследственных, а также осужденных за контрреволюционную деятельность.

В Могилевской, Гомельской и Полесской областях было по одной тюрьме на область, в Витебской, Брестской и Пинской областях – по три тюрьмы, в Белостокской и Вилейской областях – по 4, в Минской – 5 тюрем, в Барановичской – 7. Лимиты наполнения тюрем колебались от 60 мест (тюрьма №17 в г. Столбцы Барановичской области) до 2680 (тюрьма №23 в г. Брест).


Впрочем, заключенных в тюрьмах БССР было на много больше, чем номинально они могли принять. К примеру, в журнале НКВД СССР о численности заключенных в тюрьмах отмечено, что 10 июня 1941 года в вилейской тюрьме №26 содержалось 1031 человек при допустимом лимите в 350, а в минской «Володарке» при лимите в 1000 заключенных, содержалось 1867 человек. И такая ситуация наблюдалась почти везде.

В ошмянской тюрьме в шести камерах для мужчин размером 6 х 8 м содержалось от 70 до 120 заключенных. В тюрьме НКВД в Вилейке в камере размером 2 х 8 м находилось 17 человек, а в камере 6 х 5 м находилось 119 человек. В тюрьме на ул. Володарского в Минске в камере 8 х 8 м содержалось от 100 до 116 человек. В «американке» в январе 1941 года содержалось 800, а в июне 3000 человек. Это была настоящая пытка!

Пуля в затылок

23 июня 41-го в Минск из Москвы наркому внутренних дел БССР А.П. Матвееву был передан приказ заместителя наркома внутренних дел СССР В.В. Чернышова, курировавшего ГУЛАГ, о немедленной эвакуации заключенных из мест лишения свободы, находящихся в западно-белорусских областях, (по состоянию на 10 июня 1941 г. там содержалось 16 537 заключенных).

Для этой операции Народный комиссариат путей сообщения СССР отдал распоряжение начальникам дорог о выделении 567 вагонов. Кроме этого, постановлением ЦК КП(б)Б НКВД БССР было предписано привести в исполнение приговоры в отношении приговоренных к высшей мере наказания заключенных, находящихся в тюрьмах западных областей Белорусской ССР. Впрочем, организовать эвакуацию должным образом функционеры НКВД так и не смогли.

Изображение
Не успели эвакуировать и исправительные учреждения, подведомственные УИТК НКВД БССР. Лишь несколько колоний провели эвакуацию удовлетворительно. Из остальных, большинство заключенных разбежалось. Немцам были оставлены также почти вся тюремная документация.

Если на территории восточной Беларуси времени для организации эвакуации тюрем было достаточно, то в западных областях БССР немецкое наступление привело руководство тюрем в замешательство. Во многих случаях, как, например, в тюрьмах в Ломже, Белостоке, Кобрине, Пружанах, Лиде и Слониме тюремная администрация покинула охраняемый объект, оставив подшефный контингент без надзора.

Для того, чтобы понять, что происходило в первые часы войны в расположенных в приграничных районах тюрьмах, стоит рассказать о тюрьме НКВД, располагавшейся в здании старого монастыря «Бригидки» в Брестской крепости. Ее охрану осуществлял 132-й отдельный батальон конвойных войск НКВД СССР, сформированный на основании Постановления Комитета Обороны при Совете Народных Комиссаров СССР № 1867—494сс от 13 ноября 1939 года.

В субботний вечер 21 июня бойцы батальона, свободные от нарядов, смотрели кинофильм «Мы из Кронштадта». На поверке из всего батальона находилось лишь 72 человека. На котловое довольствие было поставлено 94 человека (включая караул, охранявший «Бригидки»). Ранним утром 22 июня 1941 г. мощный взрыв потряс здание казармы.

Один из первых снарядов взорвался на кухне батальона. Бойцы вскочили с кроватей. Снова удар — обвалился потолок, стена помещения дрожала от разрывов снарядов. Казарма батальона представляла собой кромешный ад. В стене двухметровой толщины появились зияющие проломы. Горело все, что могло гореть. Стонали раненые. У коновязи жутко ржали лошади автохозвзвода и выли в вольерах служебные собаки.

О том, что караул в тюрьме находится в безвыходном положении, сотрудники НКВД поняли не сразу. Огневой вал артиллерийской подготовки «обошел» тюрьму стороной. Но за снарядами двинулись штурмовые группы вермахта. Рядовые А.М. Докучаев, П.Ф. Филиппов, И.Г. Авдеев стали отстреливаться от наседающих гитлеровцев. В скоротечной хватке превосходящий противник достаточно быстро подавил сопротивление солдат батальона. Дважды раненного рядового П.Ф. Филиппова немцы добили. Один из оставшихся в живых заключенных «Бригиток», впоследствии свидетельствовал, что «русские» дрались храбро и отчаянно, до последнего патрона».

Изображение
Тюрьма "Бригидки"

По воспоминаниям командира расчета батареи ПТО сержанта М.А. Караваева, бывших з/к 23 июня немцы отконвоировали на Запад «в Польшу». Но ушли не все. Как следует из докладной записки начальника тюремного управления НКВД БССР М.П. Опалева часть заключенных отправилась с немцами в Брест, где помогала последним опознавать сотрудников тюрьмы.

По воспоминаниям других очевидцев, случаи, когда «западники» (т.е. бывшие польские граждане) открывали, по сути дела, второй фронт против Красной Армии были достаточно частыми. Заключенных тюрьмы в Новогрудке попытались эвакуировать по железной дороге. Но на станции на конвой напали местные жители и «отбили» заключенных. В Гродно тюрьма подверглась бомбардировке немецкой авиации. Многие «зеки» погибли на месте. Те, кто уцелел, разбежались. Охрана этому не препятствовала.

При эвакуации некоторых тюрем, расположенных на территории БССР произошли кровавые события, о которых стоит рассказать поподробнее.

После эвакуации советских госорганов и НКВД из Вилейки в здании, находящемся на территории тюремного комплекса был обнаружен подвал, стены которого были забрызганы человеческой кровью и покрыты пулевыми отверстиями. Рядом с этим зданием были найдены две ямы с человеческими останками. По словам свидетелей там покоилось около 300 человек.

Известный польский публицист Юзеф Мацкевич так описывал те события: «Когда после бегства большевиков открыли тюрьму в Вилейке, глазам местных жителей представилась страшная картина убитых энкаведистами заключенных. В одной камере висел на колючей проволоке труп человека, повешенного за челюсти; в другой - несколько голых мужчин и женщин без ушей, с выколотыми глазами. В саду, по соседству с тюрьмой привлекла внимание свежее взрыхленная земля. Ее раскопали и нашли сотни человеческих трупов. Это были жертвы массового истребления людей органами НКВД».

23 июня 1941 г. в ошмянской тюрьме была проведена сегрегация заключенных по национальному принципу. В ночь на 24 июня людей стали выводить из камер. У некоторых создалось впечатление, что их скоро отпустят. Вместо этого, заключенным тут же заламывали руки, затыкали рты кляпами, и вели в здание бывшего польского госучреждения - староства, которое находилось рядом с тюрьмой.

Зрелище, судя по всему, было похоже на то, что показал в своем фильме «Катынь» Анджей Вайда. В подвале находилось несколько сотрудников НКВД, которые убивали узников выстрелом в затылок. Общее число жертв этой расправы составило 57 человек. Среди жертв было несколько польских учителей из Ошмян.

В Государственном Архиве Российской Федерации хранится докладная записка начальника тюремного управления НКВД БССР М.П. Опалева начальнику тюремного управления НКВД СССР М.И. Никольскому об эвакуации тюрем НКВД БССР, в которой в частности указывалось, что «политрук тюрьмы г. Ошмяны Клименко и уполномоченный Авдеев в момент бомбежки города Ошмяны самолично вывели из камер 30 человек заключенных, обвиняемых в преступлениях контрреволюционного характера, и расстреляли этих людей в подвале тюрьмы. Трупы оставили не зарытыми. […] На второй день местные жители г. Ошмяны, узнав о расстреле заключенных, пошли в тюрьму и, разбирая трупы, разыскивали своих родственников».

"Репортаж" с того света

Поразительно, но один из тех, кого тогда пытались убить, выжил и в 1989 году дал показания следователям польской Окружной комиссии изучения преступлений против польского народа в Лодзи. Обратимся к воспоминаниям Поликарпа Страшицкого. «На второй или третий день войны, около 10 часов нас всех вывели из камер во двор перед тюрьмой. В моей камере, вместе со мной было несколько десятков заключенных.

[…] Во дворе мы стояли до вечера, после чего у каждого узника начали спрашивать фамилию, имя и национальность. После этого в сторону были отведены заключенные, которые назвались белорусами, а остальных завели в одну большую камеру.

Чуть позже из этой камеры стали вызывать по одному узнику. Когда открылись двери камеры, я увидел стоящий в коридоре пулемет, возле которого стояли солдаты внутренних войск НКВД. Меня вывели из камеры пятым или шестым по счету. Руки связали за спиной проволокой. Вскоре я оказался в подвале бывшего повятового староства, здание которого было рядом с тюрьмой. Там стояло несколько сотрудников НКВД, один из которых держал в руке пистолет. Я успел заметить, что те заключенные, которых вывели из камеры передо мной, лежат мертвые на полу подвала. Меня провели вглубь и выстрелили в затылок.

Брызнула кровь. Однако я не потерял сознания. Сотрудник НКВД поднес пистолет к моему виску и выстрелил еще раз. […] Как оказалось, в меня, лежащего на полу, залитом кровью стреляли еще раз. В спину. Когда я пришел в сознание, увидел, что лежу в госпитале в Ошмянах». Согласитесь, по истине, удивительная история спасения. Но, к сожалению, чаще палачи из НКВД и в июне 1941-го, и еще раньше весной 1940-го, доводили своё страшное дело до конца. Без выживших, без свидетелей.

Хроника "марша смерти"

Эвакуация тюрьмы в Вилейке началась 24 июня 1941 г. Заключенных вывели во двор и разделили на две колонны: политических и уголовных преступников. Первых было около 2 тысяч, вторых около 600. Кроме этого из тюрьмы вывели около 200 заключенных женщин. Всех арестованных повели через Плещеницы в сторону Борисова. Одну из групп заключенных (около 150 человек) сотрудники НКВД повели в направлении деревни Хотенчицы и вскоре всех расстреляли в лесу.

Через несколько дней родные и близкие тех, кто находился в заключении в вилейской тюрьме пошли в след за колонной и обнаружили останки расстрелянных людей. Около 30 заключенных со связанными руками было обнаружено возле деревни Сосенка, множество трупов нашли возле деревень Касута и Малмыги.

В женской колонне также были жертвы. Во время ее движения конвоиры добивали штыками обессиливших женщин. Вскоре сотрудникам НКВД, сопровождавшим этих заключенных, стало известно, что дорога перерезана немецкими войсками. Не долго думая, эту колонну вернули в Вилейку.

В воложинской тюрьме в ночь с 24 на 25 июня 1941 года были освобождены уголовники. Оставшихся заключенных через Першаи и Раков повели в Минск. В местечке Тарасово заключенных завели в лес и начали расстреливать. Сбежать удалось лишь некоторым.

Заключенных минской «Американки» в ночь с 22 на 23 июня 1941 года построили колоннами по 200-300 человек в каждой, и повели по могилевской трассе. В ночь с 24 на 25 июня 1941 г. последнюю группу узников вывели и из «Володарки». Это были бывшие граждане Литвы (около 300 человек). Незадолго до начала войны их перевели в Минск из тюрьмы в Каунасе. Очевидцы вспоминают, что среди серой массы «зеков» выделялась группа людей в длинных шинелях. Это были офицеры польской армии и католические священнослужители.
Изображение
Расстрелянные заключенные

По разным данным, всего из минских тюрем конвой НКВД вывел от 6 до 8 тыс. заключенных. Однако, во время движения в эту колонну «вливались» заключенные из других тюрем. Очевидцы тех событий и историки высказывают мнение, что жертвами этого «марша смерти» стало около четырех тысяч человек. Расстреливать заключенных начали еще в пригороде Минска. Вся могилевская трасса была усеяна трупами этих несчастных людей.

Дошедшую в Червень 26 – 27 июня 1941 г. колонну «зеков» сотрудники НКВД разделили по категориям. Женщин и некоторых мужчин (с менее тяжкими приговорами) отделили и оставили на территории тюрьмы, а две группы заключенных с «политическими статьями» повели на восток.

Одну из них (600-700 человек) конвоиры расстреляли на дороге в 3-4 км от Червеня. В той бойне уцелели лишь единицы. Другую группу (400 мужчин) уничтожили в лесу. Урочища Цагельня и Высокий Стан стали братской могилой для сотен людей многих национальностей.

Аватара пользователя
smersh70
пулеметчик
Сообщения: 98396
Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19

Благодарил (а): 4869 раз
Поблагодарили: 5990 раз

Re: История советских карательных органов

#27 Сообщение smersh70 » 10 июл 2016, 00:27

из истории органов СМЕРШ

К мнению военных чекистов командование Красной Армии прислушивалось не всегда. Это миф, что «особисты» могли по собственному желанию арестовать и расстрелять любого командира Красной Армии. Разумеется, они могли применить оружие, если кто-нибудь из военнослужащих попытается перейти на сторону противника, но потом все равно по каждому такому факту проводилось расследование. Мало кто знает, что согласно Постановлению ГКО «О порядке ареста военнослужащих» от 11 августа 1941 года:

«…1. Красноармейцы и младший начсостав арестовывается по согласованию с военным прокурором дивизии.
2. Аресты лиц среднего начсостава производятся по согласованию с командованием дивизии и дивизионного прокурора.
3. Аресты лиц старшего начсостава производятся по согласованию с Военным советом армии (военного округа).
4. Порядок ареста лиц высшего начсостава остается прежним (с санкции НКО)».
И только в «случае крайней необходимости Особые органы могут производить задержание лиц среднего и старшего начсостава с последующим согласованием ареста с командованием и прокуратурой»[63].

Под «крайней необходимостью» подразумевались случаи явной измены Родине (например, попытка добровольного перехода на сторону противника). А если военачальник плохо управляет вверенными ему частями и соединениями, допускает преступную халатность в организации их снабжения боеприпасами, продовольствием, горюче-смазочными материалами и т. п., фактически частично или полностью отстранился от выполнения своих обязанностей, то здесь военные чекисты могли лишь докладывать куда следует о выявленных недостатках.

Нужно учитывать еще один важный факт. Сотрудники органов Особых отделов, находящихся непосредственно на передовой или при штабе дивизии, не могли в силу множества объективных причин увидеть полную картину происходящего. Они фиксировали лишь отдельные факты. Объясним это на простой схеме. Находящийся на передовой оперуполномоченный Особого отдела докладывал своему начальству, что бойцы в течение нескольких суток не получают горячую пищу и нет подвоза боеприпасов. Его коллега из штаба дивизии сообщал куда следует, что командир дивизии вместо того, чтобы выполнять свои должностные обязанности, второй день пьет спирт и собирается застрелиться. На основании этих фактов сотрудник Особого отдела армии может ходатайствовать о снятии командира дивизии с должности и замене его на боеспособного командира. При этом командованию будут представлены два факта: плохая организация снабжения дивизии и самоустранение от командования командира этого соединения.
Главное оружие военных чекистов в ситуациях, аналогичных январскому наступлению 2-й ударной армии, — рапорты и сообщения собственному руководству, командованию фронтов и руководителям политорганов.

Аватара пользователя
smersh70
пулеметчик
Сообщения: 98396
Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19

Благодарил (а): 4869 раз
Поблагодарили: 5990 раз

Re: История советских карательных органов

#28 Сообщение smersh70 » 20 дек 2016, 01:52

Покушение на Папена
Немецкий посол в Турции Франц фон Папен родился 29 октября 1879 года в городе Верль, Вестфалия, в семье богатого помещика. После окончания юнкерского училища и стажировки в Генеральном штабе незадолго до начала Первой мировой войны получил назначение на пост военного атташе посольства Германии в США и одновременно резидента военной разведки и руководителя всей шпионской службы в США.
В начале Первой мировой войны Папен по указанию из Берлина развернул в Америке диверсионную деятельность. В 1915 году агенты американской контрразведки провели у Папена обыск и изъяли ряд документов. Папену пришлось покинуть Нью-Йорк.
Занимаясь во времена Веймарской республики политической деятельностью, он не имел больших успехов до марта 1930 года, когда стал членом немецкого правительства, возглавляемого лидером партии Центра Г. Брюнингом. 30 мая 1932 года, после отставки кабинета Брюнинга, фон Папен до ноября 1932 года был канцлером Германии, помогая нацистам прийти к власти. В июне 1932 года фон Папен вел в Париже переговоры относительно создания военного союза между Францией, Германией и Польшей, направленного против СССР.
В 1933 году фон Папен был назначен вице-канцлером и имперским комиссаром Пруссии. На этих постах он оставался до 1934 года, успев посодействовать уничтожению германского парламента и Веймарской конституции, «творения дьяволов и евреев».
Во время «кровавой чистки» («ночь длинных ножей» 30 июня 1934 года) Гиммлер приказал ликвидировать Папена, но Гитлер, считавший его полезным, отменил этот приказ. Были уничтожены лишь ближайшие сотрудники Папена. Он же был назначен послом в Австрию. В Вене в июле 1934 года он участвовал в заговоре против канцлера Дольфуса, который был убит. Но путч провалился, и фон Папен исчез из Вены. Он поселился в своем саарском имении, находившемся близко от французской границы. По инициативе начальника абвера адмирала Канариса (бывшего агента Папена в Нью-Йорке) весной 1939 года Гитлер назначил Папена германским послом в Анкару.
В Анкару Папен прибыл в апреле 1939 года вместе с группой тайных агентов, которые действовали в Персии, Турции, в странах арабского мира, организуя антианглийское движение от северо-западной границы Индии до Персидского залива. Гитлеровцам удалось поднять на восстания ряд племен, путем диверсий они пытались сорвать поставки в Советский Союз через Иран.
Турция, несмотря на официально провозглашенный нейтралитет, занимала прогерманскую позицию. 18 июня 1941 года турецкое правительство заключило с Германией Пакт о дружбе и ненападении. Главной задачей фон Папена, которую поставил перед ним Гитлер, было склонить Турцию к войне против СССР на стороне Германии.
В Анкаре Папен активно занимался антисоветской деятельностью. Еще до его прибытия в Анкару в Турции действовали различные антисоветские группы. Он укрепил их людьми, бежавшими из Грузии и Азербайджана в начале 1920-х годов, организовал ряд «пятых колонн», в том числе «Лигу серого волка» и «Урало-алтайскую патриотическую ассоциацию». Его люди выполняли задания политического шпионажа и военной разведки, особенно в 1942 году, когда немцы вплотную приблизились к Кавказу.
Папен вел дипломатический зондаж в поисках путей для заключения сепаратного мира между Германией с одной стороны, и Англией и США — с другой. В начале 1942 года советской разведкой была получена информация о том, что близкий к фон Папену немецкий дипломат Г. от имени оппозиционной группы «Германия без Гитлера, но с военным правительством» предложил англичанам следующие условия мира:
— Британская империя сохраняется в неприкосновенности.
— Германия выводит войска из Чехословакии и Польши, оставив в их районе коридор, соединяющий ее территорию с Данцигом, и в районе Катовиц.
— Государства Восточной Европы восстанавливаются в довоенных границах.
— Прибалтийские государства объявляются самостоятельными.
— На этих условиях достигается договоренность и с СССР.
В результате начальник 4-го (диверсионного) управления НКВД Судоплатов получил приказ ликвидировать фон Папена.
Разработка и организация покушения на фон Папена была возложена на заместителя начальника 4-го управления НКВД Эйтингона, прибывшего в Анкару под фамилией Наумов, пол которой он уже работал в Турции в 1929–1930 годах. Его помощниками были резидент ИНО НКВД в Турции Лев Василевский и нелегал военной разведки Иван Винаров, во главе группы агентов-болгар, переброшенных в Турцию в сентябре — октябре 1941 года. Они должны были осуществить убийство фон Папена.
Авторы книги «Ликвидаторы» А. Колпакиди и Д. Прохоров так описывают покушение:
«24 февраля 1942 года болгарский боевик турецкого происхождения Омером Токата попытался совершить на фон Папена покушение. В 10 часов утра на главной улице Анкары — бульваре Ататюрка — он попытался приблизиться к направляющемуся в немецкое посольство фон Папену и бросить в него бомбу. Однако бомба, замаскированная под приемник „Телефункен“, взорвалась раньше времени у него в руках. Этим взрывом сам Токата был убит, а еще несколько человек ранено. При этом сам фон Папен и его жена, находившиеся на другой стороне улицы, были лишь сбиты с ног взрывной волной и отделались легким испугом. Буквально через минуту после взрыва они поднялись на ноги и продолжили свой путь в германское посольство.
Практически сразу после взрыва правительство Турции выступило со следующим официальным сообщением:
„24 февраля 1942 года. В 10 часов утра на бульваре Ататюрка в Анкаре взорвалась бомба, разорвав на части одного человека, который в этот момент проходил в указанном месте, неся что-то завернутое в руках. Полагают, что этот завернутый предмет был бомбой, которая разорвалась. Германский посол Папен и его жена, которые шли с противоположной стороны, находились на расстоянии 17 метров от места, где разорвалась бомба. От удара взрывной волны они упали на землю, но затем поднялись невредимыми и достигли здания посольства. Начато расследование обстоятельств взрыва. Министр внутренних дел и прокурор немедленно направились на место происшествия. Президент республики и глава правительства послали в германское посольство своих начальников кабинетов, а министр иностранных дел и генеральный секретарь министерства иностранных дел лично посетили фон Папена. Тот факт, что взрыв произошел поблизости от фон Папена, побуждает прокурора серьезно обратить внимание следствия на возможность того, что злонамеренный акт был направлен против немецкого посла“.
Турецкие власти незамедлительно начали расследование обстоятельств неудавшегося покушения и вскоре выяснили, что за спиной террористов стояли советские спецслужбы. Турецкая полиция нашла на месте взрыва каблук от обуви Токата с клеймом гостиницы, где он провел последние дни. В результате был арестован руководитель Токата — некий студент Абдурахман, а затем и его помощник парикмахер Сулейман. На допросе Абдурахман показал, что в октябре 1941 года посетил советское посольство в Анкаре. Там он имел встречу со старшим помощником военного атташе майором авиации Новиковым, которому предложил купить документы о подготовке покушения на Сталина. Однако Новиков слушать его не ста и выгнал вон. Но вскоре Абдурахман изменил свои показания и стал утверждать, что после отказа Новикова купить документы он вместе с Токатой отправился в Стамбул, где был завербован сотрудниками советского генерального консульства и торгпредства Корниловым и Павловым, которые являлись главными организаторами неудавшегося покушения.
Турки немедленно предъявили советскому посольству ультиматум о выдаче Павлова и Корнилова для суда над ними. Первоначально советские официальные представители отклонили это требование, однако после четырехдневной осады посольства были вынуждены согласиться. Турецкие власти с необычайной поспешностью провели расследование и уже через пять недель предали Павлова, Корнилова, Абдурахмана и Сулеймана суду по обвинению в покушении на германского посла. На суде, который проходил с по 30 апреля 1942 года, Павлов и Корнилов категорически отрицали свою вину, в то время как Абдурахман и Сулейман ее подтверждали. В результате суд признал обвиняемых виновными в совершении преступления и приговорил Павлова и Корнилова к 20 годам тюремного заключения, а Абдурахмана и Сулеймана к 10 годам заключения каждого[1].
А через несколько дней после вынесения приговора турецкая полиция получила новую информацию о неудавшемся покушении. Дело в том, что 3 мая 1942 года сотрудник резидентуры ГРУ в Анкаре Исмаил Ахмедов попросил у турецких властей политического убежища. Пытаясь заслужить признательность турок, он рассказал им все, что знал о работе резидентур ГРУ и ИНО НКВД в Анкаре и Стамбуле, выдал двух нелегалов, с которыми работал в Турции и дал подробные показания о „деле Папена“. Ахмедов назвал имена основных организаторов покушения и причину, по которой оно не удалось. По его словам уровень подготовки Токата был крайне низок. Он слишком рано снял предохранитель мины, в результате чего взорвался сам».
Ахмедов раскрыл настоящее имя одного из осужденных по «делу Папена» — советского дипломата Павлова, которым был на самом деле сотрудник советской разведки Георгий Мордвинов.
После провала покушения Сталин и Берия были крайне недовольны Эйтингоном, но Судоплатову удалось отстоять своего заместителя.
В 1944 году Турция порвала дипломатические отношения, а затем объявила Германии войну. Президент Турции Исмет Иненю своим указом амнистировал Павлова и Корнилова, а также 100 захваченных турецкими спецслужбами советских агентов, работавших на ГРУ, НКВД, фронтовые и армейские разведорганы. В августе 1944 года Павлов и Корнилов были освобождены из тюрьмы и возвратились в Москву.
Судьба Папена сложилась следующим образом. После разгрома фашистской Германии в числе других главных военных преступников Франц фон Папен был передан Международному военному трибуналу. На Нюрнбергском процессе он с негодованием отрицал свое участие в мировом нацистском заговоре, заявляя, что он был честным дипломатом. Советский прокурор Руденко требовал для Папена, как и для других главных военных преступников, смертной казни. Но из-за разногласий среди членов трибунала Папену был вынесен оправдательный приговор. Он умер 2 мая 1969 года в своем имении Оберзасбах в Бадене.

Аватара пользователя
smersh70
пулеметчик
Сообщения: 98396
Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19

Благодарил (а): 4869 раз
Поблагодарили: 5990 раз

Re: История советских карательных органов

#29 Сообщение smersh70 » 12 янв 2017, 05:44

Генерал Василий Блохин, кавалер ордена Трудового Красного Знамени, который давался за значительные свершения в работе. Вся “работа” этого не-человека - убийства. Потомки миллионов замученных в чекистских застенках людей должны помнить и этого человека, и весь род убийцы.
В 1937-1938 годах главный палач Лубянки Василий Блохин участвовал в самых громких расстрелах. Он командовал расстрелом маршала Тухачевского и других высокопоставленных военных. На его личном счету более десяти тысяч жертв. Недавно ему поставили новый памятник...
Имя бессменного палача сталинской эпохи Василия Михайловича Блохина сегодня на слуху. Его подписью скреплено огромное множество хранящихся в архиве Лубянки актов о приведении расстрельных приговоров в исполнение.
Людям, не посвященным в тонкости палаческого ремесла Блохина, приходилось испытывать шок и трепет, когда им доводилось видеть его в деле

Изображение.

Одно из редких свидетельств оставил начальник УНКВД по Калининской области Дмитрий Токарев.

Он рассказал о прибытии весной 1940-го в Калинин группы высокопоставленных работников НКВД во главе с Блохиным для расстрела поляков, содержавшихся в Осташковском лагере.
Когда все было готово к началу первого расстрела, Блохин, как рассказал Токарев, зашел за ним:
«Ну, пойдем…» Мы пошли, и тут я увидел весь этот ужас…
Блохин натянул свою специальную одежду: коричневую кожаную кепку, длинный кожаный коричневый фартук, кожаные коричневые перчатки с крагами выше локтей.

На меня это произвело огромное впечатление — я увидел палача!» В первую же ночь команда под руководством Блохина расстреляла 343 человека. В последующие дни Блохин распорядился доставлять ему для расстрела партии не более 250 человек.
Весной 1940-го под руководством и при непосредственном участии Блохина в Калинине было расстреляно 6311 военнопленных поляков. Можно предположить, что подобной «ударной» акцией он удвоил свой предыдущий личный счет расстрелянных.
По отношению к непосредственно не участвовавшему в расстрелах Токареву Блохин проявил снисходительное «благородство» профессионального палача, сознающего, что не все способны на то, на что способен он. Составляя для премирования список участников расстрелов, он включил в него и начальника УНКВД Токарева...

Кем же был этот человек, чьей рукой вершился сталинский произвол?

Скупые строчки его автобиографии повествуют о том, что он родился в 1895-м в селе Гавриловское Суздальского района Ивановской области в семье крестьянина-бедняка. С 1905-го одновременно с учебой работал пастухом, затем каменщиком, работал и в хозяйстве отца. 5 июня 1915-го зачислен рядовым в 82-й пехотный полк во Владимире, дослужился до младшего унтер-офицера.

Со 2 июня 1917-го — старший унтер-офицер 218-го Горбатовского пехотного полка на германском фронте, был ранен, лечился в госпитале в Полоцке до 29 декабря 1917-го. Затем до октября 1918-го, оставаясь в стороне от политических бурь, он крестьянствовал в хозяйстве отца, а 25 октября 1918-го добровольцем поступил на службу в Яновский волостной военкомат Суздальского района.

Вскоре Блохин сделал и свой политический выбор — в апреле 1921-го вступил в коммунистическую партию и тут же, 25 мая 1921-го, был назначен в 62-й батальон войск ВЧК в Ставрополе.

Теперь развивается его чекистская карьера. С 24 ноября 1921-го он помкомвзвода в отряде особого назначения при Коллегии ВЧК, с 5 мая 1922-го комвзвода там же, с 16 июля 1924-го помощник командира 61-й дивизии особого назначения при Коллегии ОГПУ. 22 августа 1924-го Блохин выдвигается на должность комиссара особых поручений Спецотделения при Коллегии ОГПУ.
Теперь, помимо прочего, в его обязанности входит и приведение расстрельных приговоров в исполнение. И действительно, с весны 1925-го подпись Блохина регулярно встречается под расстрельными актами.
Может быть, он и дальше был бы всего лишь одним из рядовых расстрельщиков, но внезапно открылась высокая вакансия. 3 марта 1926-го Блохин был назначен временно исполняющим должность коменданта ОГПУ (вместо отсутствующего К.И. Вейса). А уже 1 июня 1926-го Блохина утвердили в этой должности.

Судьба его предшественника Карла Вейса оказалась незавидной. В подписанном Ягодой приказе ОГПУ № 131/47 от 5 июля 1926-го говорилось о причинах его снятия с должности и осуждения:

«31 мая 1926 г. постановлением Коллегии ОГПУ Комендант ВЧК/ОГПУ Вейс Карл Иванович приговорен к лишению свободы на 10 лет со строгой изоляцией по обвинению его в сношениях с сотрудниками иностранных миссий, явными шпионами. Имеющимися в деле установленными данными Вейс характеризуется как совершенно разложившийся, утративший всякое понимание лежавшей на нем, как чекисте и коммунаре, ответственности и не остановившимся перед фактом крайней дискредитации Объединенного Государственного Политического Управления, сотрудником которого он состоял».

В отличие от Вейса Блохин вел себя правильно и на посту коменданта бессменно проработал долгие годы вплоть до выхода на пенсию.

Будучи на работе в ОГПУ, Блохин экстерном сдал зачеты во втуз в 1932-м, окончил 3 курса строительного факультета в Институте повышения квалификации инженерно-технических работников. Но на этом его образование и закончилось.

Действовавшая под руководством Блохина расстрельная команда, или «спецгруппа», как ее назвали в документах, формировалась из сотрудников разных подразделений. В конце 1920-х — начале 1930-х здесь были сотрудники специального отделения при Коллегии ОГПУ, которое занималось охраной советских вождей и персонально Сталина. То есть совмещали дело охраны вождей с участием в регулярных расстрелах «врагов народа».

В штате центрального аппарата ОГПУ они значились как «комиссары для особых поручений»: А.П. Рогов, И.Ф. Юсис, Ф.И. Сотников, Р.М. Габалин, А.К. Чернов, П.П. Пакалн, Я.Ф. Родованский. Другая часть исполнителей служила в комендатуре ОГПУ. Это сам Блохин, а также П.И. Маго и В.И. Шигалев.

Позднее в «спецгруппу» вошли И.И. Шигалев (брат В.И. Шигалева), П.А. Яковлев (начальник правительственного гаража, затем начальник автоотдела ОГПУ), И.И. Антонов, А.Д. Дмитриев, А.М. Емельянов, Э.А. Мач, И.И. Фельдман, Д.Э. Семенихин.
Нелегка была судьба палачей. В семьях их видели довольно редко, а когда те приходили после ночной «работы», то чаще всего были пьяны. Неудивительно, что умирали исполнители рано, до срока, или сходили с ума.

Умерли своей смертью Григорий Хрусталев — в октябре 1930-го; Иван Юсис — в 1931-м; Петр Маго — в 1941-м; Василий Шигалев — в 1942-м, а его брат Иван Шигалев — в 1945-м. Многие уволились на пенсию, получив инвалидность по причине шизофрении, как Александр Емельянов, или нервно-психической болезни, как Эрнст Мач.

Но репрессии не обошли и самих расстрельщиков. Часть из них попала в руки Блохину — были доставлены в расстрельное помещение уже в качестве жертвы. Так в 1937 г. были расстреляны Григорий Голов, Петр Пакалн, Фердинанд Сотников. Интересно, что чувствовали Блохин и Маго, когда расстреливали своих бывших товарищей?

Особо нервировали палачей отдельные приговоренные, которые в момент расстрела славили Сталина.

Возглавлявший группу расстрельщиков, приводивших в исполнение решения «тройки» УНКВД Московской области в 1937—1938 годах, Исай Берг, будучи арестованным, показал, что он получил от начальства строгое указание «не допускать таких явлений в дальнейшем» и среди работников спецгруппы НКВД «поднимать настроение, стараться доказать им, что люди, которых они стреляют, — враги». Хотя тут же Берг признал: «Много мы стреляли и невиновных».

В тему: Шифротелеграмма Сталина 1939 года, разрешавшая пытки НКВД: а все-таки она была!
Берг прославился тем, что при его непосредственном участии в московском НКВД была создана машина-«душегубка», в которой приговоренные умерщвлялись выхлопным газом.

Отчасти это берегло нервы московским палачам. Загрузили в Таганской или Бутырской тюрьмах живых — в Бутове выгрузили мертвых, и вся работа. И никаких славословий Сталину. Сам Берг пояснил следствию, что без такого усовершенствования «невозможно было исполнить столь большое количество расстрелов».

И в центральной группе расстрельщиков под руководством Блохина предписали «проводить воспитательную работу среди приговоренных к расстрелу, чтобы они в столь неподходящий момент не марали имя вождя».

В 1937-1938 годах Блохин участвовал в самых громких расстрелах. Он командовал расстрелом маршала Тухачевского и высокопоставленных военных, приговоренных вместе с ним. При расстреле присутствовали прокурор СССР Вышинский, председатель Военной коллегии Верховного суда Ульрих.

Иногда баловал своим присутствием и сам «железный нарком» Ежов. При нем расстрельное действо обретало черты художественной постановки. Осенью 1937-го: «Перед расстрелом своего приятеля в прошлом Яковлева Ежов поставил его рядом с собой — наблюдать за приведением приговора в исполнение». Яковлев, встав рядом с Ежовым, обратился к нему со следующими словами: «Николай Иванович! Вижу по твоим глазам, что ты меня жалеешь». Ежов ничего не ответил, но заметно смутился и тотчас же велел расстрелять Яковлева.
Не менее запоминающаяся сцена разыгралась, когда в марте 1938-го приводили в исполнение приговор по делу Бухарина, Рыкова, Ягоды и других осужденных на показательном «Процессе правотроцкистского блока».

Ягоду расстреливали последним, а до этого его и Бухарина посадили на стулья и заставили смотреть, как приводится в исполнение приговор в отношении других осужденных. Ежов присутствовал и, вероятнее всего, был автором подобной изощренной затеи.
Перед расстрелом Ежов велел начальнику кремлевской охраны Дагину избить бывшего наркома внутренних дел Ягоду: «А ну-ка дай ему за всех нас». В то же время расстрел собутыльника Буланова расстроил Ежова, и он даже приказал сначала дать ему коньяку.
Удивительно, скольких своих бывших коллег, да и начальников, которым он раньше глядел в рот, расстрелял Блохин.

Близость к разоблаченному руководству НКВД могла стоить и ему самому жизни. Но Сталин ценил надежных «исполнителей», и его почему-то не пугало, что они, привыкшие стрелять в затылок, постоянно маячат у него за спиной в качестве охраны.

В начале 1939-го, когда Берия вовсю чистил НКВД от ежовских кадров, поступил материал о том, что комендант Блохин был слишком близок к бывшему секретарю НКВД Буланову, да и к самому расстрелянному наркому Ягоде. Тогда это рассматривалось как доказательство участия в их «заговорщических планах».

Берия, подготовив постановление на арест Блохина, отправился к Сталину за санкцией. Однако, к своему удивлению, получил отказ. В 1953-м Берия показал на следствии: «Со мной И.В. Сталин не согласился, заявив, что таких людей сажать не надо, они выполняют черновую работу. Тут же он вызвал начальника охраны Н.С. Власика и спросил его, участвует ли Блохин в исполнении приговоров и нужно ли его арестовать? Власик ответил, что участвует и с ним вместе участвует его помощник А.М. Раков, и положительно отозвался о Блохине».

Берия, вернувшись в свой кабинет, вызвал к себе Блохина и работников «спецгруппы» для разговора. Результаты «воспитательной» беседы нарком отразил на отправленном в архив, так и не исполненном постановлении:
«Сов. секретно. Вызван был мною Блохин и руководящие сотрудники комендатуры, которым мною было сообщено кое-что из показаний на них. Обещались крепко поработать и впредь быть преданными партии и Советской власти. 20 февраля 1939 г. Л. Берия».

Больше к вопросу о Блохине Сталин не возвращался.

Обычно приговоренных привозили к месту расстрела в Варсонофьевский переулок, где их дожидался Блохин с командой. Но иногда Блохину самому приходилось ехать за жертвой. Так было в 1940 г., когда потребовалось доставить из Сухановской тюрьмы на расстрел приговоренного к ВМН бывшего кандидата в члены политбюро Роберта Эйхе.

Непосредственно перед отправкой на расстрел его жестоко били в кабинете Берии в Сухановской тюрьме: «У Эйхе при избиении был выбит и вытек глаз. После избиения, когда Берия убедился, что никакого признания в шпионаже он от Эйхе не может добиться, он приказал увести его на расстрел». А 6 февраля 1940-го Блохину выпала честь расстрелять и самого наркома Ежова.


Руководство ценило Блохина. Он быстро рос в званиях: в 1935-м — капитан ГБ, в 1940-м — майор ГБ, в 1943-м — полковник ГБ, в 1944-м — комиссар ГБ, а в июле 1945-го получает звание генерал-майора. Был также щедро осыпан государственными наградами: орденом Ленина (1945), тремя орденами Красного Знамени (1940, 1944, 1949), орденами Отечественной войны I степени (1945), Трудового Красного Знамени (1943), Красной Звезды (1936), «Знак Почета» (1937), а также двумя значками «Почетного чекиста» и золотыми часами. Был награжден и почетным оружием — маузером, хотя расстреливать предпочитал из немецкого «вальтера» (не так сильно нагревался).

Когда исполнилось 20 лет пребывания Блохина в должности коменданта, он был премирован легковым автомобилем «М-20» («Победа»).

Обращает на себя внимание то, что Блохин и его подручные из «спецгруппы» обычно щедро награждались не после, а до проведения серьезных расстрельных кампаний.

По различным оценкам, общее количество расстрелянных лично Блохиным за все годы его службы на Лубянке составляет не менее 10-15 тысяч человек.

Сразу же после смерти Сталина и вторичного прихода Берии к руководству «органами» Блохин был отправлен на пенсию. Бывший комендант Блохин приказом МВД СССР № 107 от 2 апреля 1953-го был уволен по болезни с объявлением благодарности за 34-летнюю «безупречную службу» в органах ОГПУ—НКВД—МГБ—МВД СССР.

Как пояснил Берия, Блохина освободили от должности как «засидевшегося» — был такой бюрократический термин, обозначавший долгое пребывание работника в одной и той же должности и утрату им должной активности и эффективности работы. Хотя, как мы знаем, работа у Блохина была как раз вовсе не сидячая, и здоровье на ней он изрядно подрастерял. :)
Итак, в 1953-м Блохина торжественно проводили на заслуженный отдых. После смерти диктатора нужда в его услугах отпала. Нет, конечно, пришедший ему на смену новый комендант, полковник Д.В. Бровкин, вовсе не рисковал остаться без «ночной работы», просто ее масштаб сразу стал не тот.
Хотя на смену прежним жертвам подоспели те, которые раньше сами чинили суд и расправу: при новом послесталинском руководстве стали казнить бывших подручных Берии и Абакумова. Их дела активно расследовались, и оказалось, на пенсии Блохину тоже нет покоя. Он зачастил на допросы в Генеральную прокуратуру.
В ходе расследования дела Берии и его ближайших подручных понадобились поистине бесценные знания бывшего коменданта. Ведь он был исполнителем всех самых важных казней. И все же Блохин не был приобщен в качестве обвиняемого, хотя он и был исполнителем преступных акций.
Наверное, решили: ведь это просто палач, выполнял приказ. Работа у него такая, и ничего личного.
После увольнения Блохину за 36 лет выслуги в органах была назначена пенсия в размере 3150 рублей. Однако после лишения генеральского звания 23 ноября 1954 г. выплата пенсии от КГБ была прекращена. Не ясно, успел ли он оформить себе обычную пенсию по старости.
Согласно медицинскому заключению Блохин страдал гипертонической болезнью 3-й степени и умер 3 февраля 1955 от инфаркта миокарда.

По иронии судьбы, Блохина похоронили там же, где покоится прах большинства его жертв, — на Донском кладбище. Хотя тела расстрелянных сжигались здесь же в крематории и прах ссыпался в безымянные общие ямы, а вот на могиле Блохина недавно появилось новое красивое надгробие с портретом. Не забывают!

Аватара пользователя
smersh70
пулеметчик
Сообщения: 98396
Зарегистрирован: 29 июл 2013, 14:19

Благодарил (а): 4869 раз
Поблагодарили: 5990 раз

Re: История советских карательных органов

#30 Сообщение smersh70 » 20 апр 2017, 02:50

19 апреля 1943 года - дата создания Главного Управления Контрразведки "СМЕРШ" :D

Смерш (сокращение от «Смерть шпионам!») — название ряда независимых друг от друга контрразведывательных организаций в Советском Союзе во время Второй мировой войны

19 апреля 1943 года секретным Постановлением СНК СССР № 415—138сс на базе Управления особых отделов (УОО) НКВД СССР были созданы:

Главное управление контрразведки «Смерш» Народного комиссариата обороны СССР, начальник — комиссар ГБ 2 ранга В. С. Абакумов.
Управление контрразведки «Смерш» Народного комиссариата Военно-Морского флота СССР, начальник — комиссар ГБ П. А. Гладков.
15 мая 1943 года, в соответствии с упомянутым постановлением СНК, для агентурно-оперативного обслуживания пограничных и внутренних войск, милиции и других вооруженных формирований Наркомата внутренних дел, приказом НКВД СССР № 00856 был создан:
Изображение
Отдел контрразведки (ОКР) «Смерш» НКВД СССР, начальник — комиссар ГБ С. П. Юхимович.
Эти три структуры являлись независимыми контрразведывательными подразделениями и подчинялись только руководству данных ведомств. Главное управление контрразведки «Смерш» в НКО подчиняось напрямую наркому обороны Сталину, управление контрразведки «Смерш» НКВМФ подчинялось наркому флота Кузнецову, отдел контрразведки «Смерш» в Наркомате внутренних дел подчинялся непосредственно наркому Берии. Высказываемое некоторыми исследователями предположение, что Берия и Абакумов использовали структуры «Смерш» в целях взаимного контроля, не подтверждается документами из архивных источников.

21 апреля 1943 года И. В. Сталин подписал Постановление ГКО № 3222 сс/ов «Об утверждении положения о Главном управлении контрразведки НКО („Смерш“) и его органах на местах». Данное постановление находится на секретном хранени.

31 мая 1943 года И. В. Сталин подписал Постановление ГКО № 3461 сс/ов «Об утверждении Положения об Управлении контрразведки НКВМФ „Смерш“ и его органах на местах». Данное постановление находится на секретном хранении.

В 1941 г. Сталин подписал постановление ГКО СССР о государственной проверке (фильтрации) военнослужащих Красной Армии, бывших в плену или в окружении войск противника. Аналогичная процедура осуществлялась и в отношении оперативного состава органов госбезопасности. Фильтрация военнослужащих предусматривала выявление среди них изменников, шпионов и дезертиров. Постановлением СНК от 6 января 1945 г. при штабах фронтов начали функционировать отделы по делам репатриации, в работе которых принимали участие сотрудники органов «Смерш». Создавались сборно-пересыльные пункты для приема и проверки советских граждан, освобожденных Красной Армией.
«СМЕРШ»: Исторические очерки и архивные документы. М. 2005

Сообщается, что с 1941 по 1945 гг. советскими органами было арестовано около 700 тыс. человек — около 70 тыс. из них расстреляно. Также сообщается, что через «чистилище» СМЕРША прошло несколько миллионов человек и около четверти из них тоже были казнены. В годы войны был арестован 101 генерал и адмирал: 12 умерли во время следствия, 8 освободили за отсутствием состава преступления, 81 был осужден Военной коллегией Верховного суда и особым совещанием.

Для слежки и контроля над инакомыслием СМЕРШ создал и поддерживал целую систему слежки за гражданами в тылу и на фронте. Угрозы расправы приводили к сотрудничеству с секретной службой и к безосновательным обвинениям против военнослужащих и гражданского населения.

Также сегодня сообщается, что СМЕРШ играл большую роль в распространении сталинской системы террора на страны Восточной Европы, где установились дружеские к Советскому Союзу режимы. Например, сообщается, что на территории Польши и Германии после войны некоторые бывшие нацистские концлагеря продолжали функционировать «под эгидой» СМЕРШ как место репрессий идеологических противников новых режимов (в качестве обоснования приводится информация, что в бывшем нацистском концлагере Бухенвальд ещё несколько лет после войны содержалось свыше 60 тыс. противников социалистического выбора).

Вместе с тем, репутация СМЕРШ как репрессивного органа часто преувеличивается в современной литературе. Никакого отношения к преследованию мирного населения ГУКР СМЕРШ не имело, да и не могло этим заниматься, так как работа с мирным населением — прерогатива территориальных органов НКВД-НКГБ. Вопреки распространённому мнению, органы СМЕРШ не могли приговорить кого-либо к тюремному заключению или расстрелу, так как не являлись судебными органами. Приговоры выносил военный трибунал или Особое совещание при НКВД.

Заградотряды при органах «Смерш» никогда не создавались, и сотрудники «Смерш» их никогда не возглавляли. В начале войны заградительные мероприятия осуществлялись войсками НКВД по охране тыла Действующей армии. В 1942 г. начали создаваться заградительные отряды при каждой армии, находившейся на фронте. Фактически они предназначались для поддержания порядка во время боёв. Только во главе заградотрядов Сталинградского и Юго-Западного фронтов в сентябре-декабре 1942 г. стояли работники особых отделов НКВД.

Для обеспечения оперативной работы, охранения мест дислокации, конвоирования и охраны арестованных из частей Красной Армии органам «Смерша» выделялись: для фронтового управления «Смерш» — батальон, для армейского отдела — рота, для отдела корпуса, дивизии и бригады — взвод. Что же касается заградотрядов, то заградительные службы активно использовались работниками «Смерш» для розыска агентуры разведки противника. Например, накануне наступательных операций фронтов большой размах приобретали с участием органов «Смерш» мероприятия по линии заградслужбы. В частности, осуществлялось прочёсывание военных гарнизонов, до 500 и более населенных пунктов с прилегающими к ним лесными массивами, производился осмотр нежилых помещений, тысяч заброшенных землянок. В ходе таких «зачисток», как правило, задерживалось большое число лиц без документов, дезертиров, а также военнослужащих, имевших на руках документы с признаками, указывающими на их изготовление в Абвере.

Военные контрразведчики «Смерш» иногда не только выполняли свои прямые обязанности, но и непосредственно участвовали в боях с гитлеровцами, нередко в критические моменты принимали на себя командование ротами и батальонами, потерявших своих командиров. Немало армейских чекистов погибло при исполнении служебных обязанностей, заданий командования Красной Армии и Военно-Морского Флота.

Например, ст. лейтенант А. Ф. Калмыков, оперативно обслуживавший батальон 310 сд., был награждён посмертно орденом Красного Знамени за следующий подвиг. В январе 1944 г. личный состав батальона пытался овладеть штурмом деревней Осия Новгородской области. Наступление было остановлено сильным огнём противника. Повторные атаки результатов не давали. По договорённости с командованием Калмыков возглавил группу бойцов и с тыла проник в деревню, обороняемую сильным вражеским гарнизоном. Внезапный удар вызвал у немцев замешательство, однако их численное превосходство позволило окружить смельчаков. Тогда Калмыков вызвал по рации «огонь на себя». После освобождения деревни на её улицах, кроме погибших советских воинов, было обнаружено около 300 трупов противника, уничтоженного группой Калмыкова и огнём советских орудий и миномётов

Всего за годы войны четверо сотрудников СМЕРШа были удостоены высшей награды — звания Героя Советского Союза: старший лейтенант Пётр Анфимович Жидков, лейтенант Григорий Михайлович Кравцов, лейтенант Михаил Петрович Крыгин, лейтенант Василий Михайлович Чеботарёв. Все четверо удостоены этого звания посмертно.

Ответить

Вернуться в «История карательных органов мира»